25 октября, Воскресенье

Вера ВАСИЛЬЕВА: «Я была тихой мечтательной девочкой.»

      Знаменитая и всеми любимая актриса Вера ВАСИЛЬЕВА сегодня отмечает свой прекрасный юбилей — 95 лет! Несмотря на возраст, актриса бодра, активна и жизнерадостна. Выпустила свою книгу «Золушка с Чистых прудов». И до сих пор играет в бенефисном спектакле «Роковое влечение», поставленном в родном театре Сатиры ещё к её 90-летнему юбилею! А для любимого зрителя она по-прежнему остаётся Верочкой — именно так многие называют красавицу-актрису.

— В театре Сатиры я стала работать сразу после окончания училища, — рассказала Вера Кузьминична. — И когда подкатило 90-летие, Александр Анатольевич Ширвиндт, который стал нашим художественным руководителем, однажды дал мне пьесу. Когда я её прочла, роль американской актрисы, которая всеми забыта, а была когда-то кинозвездой, показалась мне до такой степени «моей» ролью»! Она давала возможность быть и смешной, и глупой, и ранимой, и беззащитной, как ребёнок, открытой, любящей, безумной, брошенной, дерзкой – в общем, всё, что только актриса и женщина может пережить, в этой роли есть. Поэтому я играла и до сих пор играю её с наслаждением. Я там плачу, я там радуюсь, кокетничаю, бываю нахальной, бываю грубой – и мне всё это нравится, потому что я рассказываю о том, что хорошо знаю. Это сказочно – чтобы в 90 лет получить такую роль! И я благодарю судьбу за эту сказку!

— Каким вы помните своё детство?

— Я в жизни не была ни в детском саду, ни в лагере, хотя у меня был пионерский галстук, потому что я не любила никакие там собрания, демонстрации. Такой вот человек-одиночка. Я была очень простая, тихая, мечтательная, старательная, исполнительная, читающая и любящая театр девочка. Занималась в Доме пионеров, бегала во все театры, дружила с девочкой, которая тоже хотела быть актрисой, очень много читала в театральной библиотеке. Знала почти всех актёров дореволюционного времени. Мои любимые актрисы – Алла Тарасова, Мария Бабанова, Вера Марецкая Я очень хотела быть на них похожей, но понимала, что ничего общего у меня с ними нет. Так как искусство влекло меня безумно, я ходила в драмкружок, в хоровой кружок — и однажды мы даже выступили в Большом театре на концерте, посвящённой очередной годовщине Октябрьской революции. Так как там присутствовал Сталин, наш хор сразу заперли в большой комнате и приносили туда только водичку и какие-то конфетки, и даже в туалет сопровождали взрослые. На сцене мы пели вместе с Марком Рейзеном, он начинал: «Широка страна моя родная!», мы – четыре девочки и я в том числе – подпевали «Много в ней лесов, полей и рек!» — а затем уже вступал весь наш хор. Было мне тогда лет 8-9 не больше.

— Свою карьеру в кино вы начали в фильме «Сказание о земле Сибирской»… Как вы – студентка – попали сразу на главную роль?

— Когда во время войны все уехали из Москвы, я осталась с папой. Узнала, что идёт набор в Московское театральное училище, мы с подружкой туда пошли – и меня приняли, хотя у меня не было 10-летнего образования. Мне сказали: «Девочка, мы тебя возьмём, но дай слово, что ты окончишь 10 класс!»  Слово я дала, но не выполнила: мне никто об этом не напоминал, я и подумала, что это не обязательно. Неожиданно ассистенты нашего великого режиссёра Ивана Пырьева зашли к нам в училище. Увидели меня, и оттого, что у меня был, наверное, такой деревенский вид — красные щёки, маленькие косички — подошли и сказали: «Вы хотите сниматься в кино?» Я согласилась и на следующий день стала собираться на «Мосфильм». Мои сёстры дали мне нарядное платье, туфли на каблуках, волосы мы закрутили на тряпочки, чтобы я была кудрявая! Но… мой вид очень не понравился Пырьеву, потому что ему сказали, что нашли девочку «прямо как из деревни», наивную, а я пришла такая разнаряженная… Меня переодели, кудри расчесали, Пырьев сам подыгрывал мне на пробах… В общем, он меня утвердил,  и мы поехали в Прагу, потому что фильм должен быть цветным, а наша киностудия ещё не умела тогда обрабатывать цветную плёнку.

— В таком юном возрасте, впервые за границей… Какие были впечатления?

— В Праге я пробыла 3 месяца и оказалась сразу невероятно богатой, получая в день по 340 крон – это тогда было очень много! У меня было мало съёмочных дней, поэтому я много гуляла по Праге и открывала неожиданно для себя ту жизнь, о которой я могла иметь представление, наверное, только по фильмам или по своему воображению. Я жила в роскошном номере, была прекрасно одета, и все молодые люди, свободные от съёмок, ухаживали за мной. ИМне казалось, что я превратилась из Золушки в Принцессу! Когда мы вернулись, фильм пошёл в течение целого года, пользовался огромным успехом, меня стали узнавать на улицах! Даже Сталинскую премию дали! Правда, так как я была студенткой, меня в списки не вставляли, но потом рассказывали в нашей актёрской гримёрной, что когда Сталин увидел картину, то спросил: «Кто это такая, где её нашли?» Ему ответили, что я ещё студентка и к премии не представлена. Тогда он сказал: «Надо и ей дать!» Так это было или это кто-то выдумал, я не знаю, но премию мне дали.

— Как вы – студентка – чувствовали себя на съёмках с такими мэтрами, как Марина Ладынина, Борис Андреев?

— Я была очень робкой…Борис Андреев, который играл любящего меня человека, относился ко мне очень весело, по-доброму, не влюблялся в меня, а всегда говорил так: «Ох ты моя сизокрылая, чирик-чирик!» И как будто уже жалел меня заранее, потому что знал, что актёрская судьба очень печальная — сняли и забыли. Мол, фильм пройдёт – и дальше, девочка, живи как хочешь. Правда, со мной, к счастью, так не произошло. Марина Ладынина на меня не обращала внимания, а я, если сидела, то как только её видела — обязательно вставала и говорила: «Здравствуйте, Марина Алексеевна!». Близости никакой тогда у нас с ней не было. Но потом, спустя лет 30, когда президентом был Ельцин, его жена Наина Иосифовна пригласила артистов старого поколения к себе на приём. И там я увиделась с Мариной. Мы тогда друг друга очень тепло обняли, вспоминали наше далёкое прошлое…

— А как вам работалось позже на площадке вместе с детьми – в фильме «Чук и Гек», в киножурнале «Ералаш» (сюжет «Зонтик»)?

«Ералаш», если честно, вообще не помню, это как-то, наверное, прошло мимо, потому что роль была маленькая и незначительная. А в фильме «Чук и Гек» я просто обожала своих ребятишек! У меня ведь нет своих детей – правда, должна сказать, что мне выпало огромное счастье: я в своей жизни познакомилась, полюбила, приобрела человека, которую называю своей дочкой. У неё тоже есть дочка – значит, я бабушка, и я счастлива, потому что лучше, чем моя внучка, я не знаю никого на свете!

— Вера Кузьминична, у вас по сей день много работы. А как вы отдыхаете?

— Я люблю быть дома. У меня есть невероятно любимый кот, поэтому все мои свободные минутки принадлежать ему. Я его ласкаю, выполняю его капризы, любуюсь его красотой… Ну и, конечно, читаю.

— Какие книги любите?

— Ну, естественно, довольно разные. С удовольствием прочла Кузичеву —  совершенно замечательного чеховеда, которая выпустила книгу о семье Чеховых. А так как я сыграла когда-то Раневскую и безумно люблю эту роль (не говоря уже о том, что я так же безумно люблю Чехова), то я эту книгу читала буквально по капельке, потому что она очень большая и очень подробная, и хотелось удовольствие от чтения просто растягивать. Люблю мемуары, особенно актёрские. Прочла книгу Елены Кореневой «Идиотка», которая показалась мне очень интересной, потому что актриса там очень необычно и интересно анализирует собственную жизнь и собственные чувства. Так что это даже какое-то в своём роде психологическое исследование, я бы так сказала.

— Кино на досуге смотрите?

— Конечно! Я очень люблю романтический кинематограф. Могу по несколько раз пересматривать все картины с Гретой Гарбо, Вивьен Ли, Диной Дурбин…

— В ресторанах бываете?

— Я всё-таки такой достаточно старомодный человек, поэтому в рестораны сама не хожу, бываю там иногда только по приглашению друзей. Нравится ресторан Дома Актёра, там я чувствую себя хорошо и уютно!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *